Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных

yellowbrick road

10:28 

lock Доступ к записи ограничен

lanast
законопослушный сумасшедший
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

21:25 

lock Доступ к записи ограничен

lanast
законопослушный сумасшедший
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

20:02 

Rowana
Мы не добрые, мы - светлые. (с)
Словами не рассказать

@темы: вдох-выдох

13:56 

lock Доступ к записи ограничен

lanast
законопослушный сумасшедший
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

15:05 

lock Доступ к записи ограничен

ambersmile
я -- каноэ в иное (с)
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

09:28 

lock Доступ к записи ограничен

lanast
законопослушный сумасшедший
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

12:22 

lock Доступ к записи ограничен

lanast
законопослушный сумасшедший
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

12:10 

lock Доступ к записи ограничен

lanast
законопослушный сумасшедший
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

10:27 

lock Доступ к записи ограничен

lanast
законопослушный сумасшедший
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

21:52 

lock Доступ к записи ограничен

lanast
законопослушный сумасшедший
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

15:43 

lock Доступ к записи ограничен

lanast
законопослушный сумасшедший
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

10:51 

lock Доступ к записи ограничен

lanast
законопослушный сумасшедший
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

14:06 

lock Доступ к записи ограничен

lanast
законопослушный сумасшедший
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

23:04 

lock Доступ к записи ограничен

lanast
законопослушный сумасшедший
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

12:57 

lock Доступ к записи ограничен

lanast
законопослушный сумасшедший
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

15:20 

lock Доступ к записи ограничен

lanast
законопослушный сумасшедший
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

16:27 

lock Доступ к записи ограничен

lanast
законопослушный сумасшедший
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

00:44 

aarizona
По заявке-2 ficbook.net/requests/374604

Предупреждения и пояснения

Письмо было оставлено мужчиной,
любимым, обожаемым партнёром.
«Мечта моя, мон луп, звезда венеры» —
усыпано бесчисленной и сладкой

неловкой лестью; патокой, осиной —
ах, запахи — и лесом. Уговором
ручной меня он овладел без меры.
Но суть, сокрытая словами, гадкой

была — до скрежета клыков, до воя.
Чу! Нет. За гранью ультразвука пела
свирепо злая битва в белом небе.
Моя любовь, ты там, вверху, в атаке?

Где наши корабли уйти от роя
умеют раз из четырёх? Предела
мы не нашли умению Эфеба
бороться, побеждать в жестокой драке...

Как, мон мари, кто подарил железу
достойную Ареса ярость? Знай — он
принёс породе человечьей гибель
во славу сверхпроводников в машине.

Я Ульфрик, спасибо биогенезу,
без стаи. Ты, супруг — эмпат, южанин.
Отряд и мы семь лет лежим на дыбе
борьбы с Эфебом. Мы давно едины.

И вот письмо. Я жду тебя из боя,
чтоб ты прочёл мне вслух шифровку штаба,
хотя и так всё знаю. Бездыханно
плохо: нет леса, нет воды, нет света,

противник научился бить живое
магнитным импульсом. Менять масштабы
давно пора: собрали много данных,
готовы бить наотмашь. Цель отметьте —

и я нажму на кнопку сброса бомбы.
«"Эвакуация начнется завтра,
наш новый дом — Луна". Скоро, родная.
люблю тебя. Люблю. Люблю. Я знаю...»

Но мысль оборвалась. О, гекатомбы
я принесу тебе, и одноактна,
игра для нас, антагонист. Врастая
в земную плоть в наследие вступаю:

волчице ни к чему лететь к Луне,
достаточно сражений, ей и мне.
В последней битве, мой Эфеб, умрём:
и не о чем скорбеть, и не о ком.

@темы: стихи, тексты

00:17 

aarizona
По заявке на фикбуке, гы.
п. 10 ficbook.net/requests/330570

«У Юпитера 67 лун и серьёзная проблема с оборотнями»

Пишу вам, моя милая, с внезапной оказией:
после четверти Седьмой Луны перед восходом Красной
мои часы обозначили некоторое время
(не подобрать сразу слова) спокойствия. Безветрия.

Я прослыву лишённым такта: вы сероглазее,
чем представлялось мне в безлуние; не настолько властны —
вы отличаетесь от тех посланников иноземья,
что приносило к окруженному Зевсу поветрие

о безнаказанности, в танце многая лун рожденной —
их полных пять дюжин, полдюжины и еще одна.
Довольно о нашей истории, дело прошлое,
давнее. К жалости моей, поднимается ветер.

стань пеной
темного дня
тошное
самое ведай

Здравствуйте, милая моя.
Пишу вам после заката
луны, до света. Толчея
кругом — какая засада,

мне не выходит собраться
с духом, а только со зверем.
(самое время сорваться,
дело все в плоти, не в вере)

...пишу вам, моя милая, с внезапной оказией:
две четверти часа между облачениями
разума мягкой плотью. Пусть я стану парией,
но, черт возьми, остановлю кровотечение

лунного света: танец его, танец селен во мне.
Милая, я улетаю прочь от Юпитера.
Я не смог победить в организменно-личной войне.
Вам нужен оборотень, старый и неумелый ритор?

@темы: стихи, тексты

21:04 

Rowana
Мы не добрые, мы - светлые. (с)
Там за горной грядой, по-прежнему молодой,
За сухим родником, за мёртвой его водой,
За широкой рекой, в которой таится ложь,
Там, где даже чужие мысли - почти ножи,
Мудрый старец живёт, что скажет, как ты умрешь.
Или может, зачем ты жив.

Я ступаю легко, я кровь, но и молоко,
По воде, что была отравлена родником,
По траве, бывшей лесом, той, что не помнит гор,
По распухшей от сожалений земле скользя.
У меня два вопроса, каждый - важней всего,
Только оба спросить нельзя.

Я почти не боюсь, пускай все забуду, пусть
Затеряюсь в лесу, что выучен наизусть,
Пусть в ненужное место или неверный час
Попаду, как чужие сны попадают в клеть.
Но пока я иду, все травы вокруг молчат
И все птицы боятся петь.

Что ж, уже за рекой, куда мне подать рукой,
Разливается дым, в котором дрожит покой.
Там старик у костра, чуть мирта и чабреца
Нужно бросить в огонь, пока он начертит круг.
Я к нему подхожу, найдя в себе храбреца,
Но не выпустив трав из рук...

И теперь все - вода, в ней чьи-то текут года,
За спиною у гостя горная спит гряда.
Говорю ему, что в запасе пятнадцать лет,
А затем станет чей-то нож чересчур остер.
И пока я черчу свой круг на густой золе,
Он бросает чабрец в костер.

@темы: страшные сказки, стихоумножение

главная